Когда мы узнаем нечто новое, например осваиваем французский язык или учимся играть в гольф, мы никогда не достигаем мгновенных успехов. Мы не можем научиться всему немедленно. Процесс обучения волнообразен — мы то движемся вперед, то вдруг проваливаемся в пропасть. И тогда мы некоторое время остаемся неподвижными, а порой можем даже отступить и потерять кое-что из уже завоеванного. Эти периоды застоя или отступления хорошо знакомы психологам. Они называют их «площадками на кривой обучения». Те, кто учится основам эффективного общения, иногда замирают на таких площадках. Это может длиться неделями. Они работают так же усердно, но совершенно не продвигаются вперед. Люди слабые могут опустить руки. Те же, кто проявит настойчивость и упорство, обнаружат, что по какой-то непонятной причине они не только сдвинулись с мертвой точки, но и стремительно продвигаются вперед. Они взлетают с этой площадки, как самолеты. Внезапно они обретают естественность, силу и уверенность в себе.

Вы можете почувствовать страх, ужас, тревогу, впервые выйдя перед публикой. Я уже говорил об этом на страницах моей книги. Даже самые выдающиеся музыканты испытывают подобные чувства, хотя количество данных ими концертов с трудом поддается счету. Падеревский всегда нервно поигрывает запонками, прежде чем опустить руки на клавиатуру. Но как только он начинает играть, страх перед аудиторией исчезает, как туман под августовским солнцем.

Его .пример должен вдохновить вас. Если вы будете настойчивы, то очень скоро сможете преодолеть все, включая и страх сцены. Вы будете испытывать легкое первоначальное волнение — и ничего больше. После нескольких первых предложений вы сумеете взять себя в руки. Вы научитесь получать удовольствие от процесса выступления. Однажды молодой человек, решивший изучать право, попросил совета у Линкольна. Линкольн ответил ему: «Если вы определенно решили стать адвокатом, вы уже на полпути к успеху… Всегда помните, что ваше намерение добиться успеха важнее всего остального».

Линкольн знал, о чем говорил. Он сам прошел через это. Он никогда за всю свою жизнь не учился. За его плечами был всего лишь один класс. А книги? Однажды Линкольн сказал, что он прочел все книги в радиусе пятидесяти миль от своего дома. В его хижине огонь горел всю ночь. Порой он читал при свете этого огня. Между досками были щели, и Линкольн засовывал недочитанную книгу в них. Как только становилось достаточно светло, чтобы можно было читать, он переворачивался, протирал глаза, хватал книгу и начинал ее штудировать.

Линкольн мог пройти двадцать, даже тридцать миль, чтобы послушать какого-нибудь оратора. Вернувшись домой, он практиковался в красноречии повсюду — в поле, в лесу, перед людьми, собравшимися у бакалейной лавки в Джентривилле. Он вступал в клубы и общества Нью-Сэлема и Спрингфилда, где мог выступать публично. Он старался каждый день говорить. Общество женщин его смущало. Когда он ухаживал за Мэри Тодд, то скромно и безмолвно сидел перед ней, неспособный связать пары слов, и слушал ее. И это был человек, который повседневной настойчивой практикой добился репутации лучшего оратора своего времени, способного соперничать с признанным авторитетом в этой области — сенатором Дугласом. Линкольн в Геттисберге и в своей второй инаугурационной речи достиг непревзойденных вершин красноречия, какие только известны человечеству.

Удивительно, что, несмотря на ужасные провалы и жестокую борьбу, Линкольн все же написал: «Если вы определенно решили стать адвокатом, вы уже на полпути к успеху…»

В кабинете президента в Белом доме висит прекрасный портрет Авраама Линкольна. «Когда мне приходится принимать решение, — говорил Теодор Рузвельт, — когда мне трудно разобраться в столкновении разнообразных интересов и прав, я всегда поднимаю глаза на Линкольна, стараясь представить, как бы он поступил на моем месте. Вам может показаться странным, но, честное слово, после этого мне гораздо легче принять решение».

Почему бы не последовать примеру Рузвельта? Почему бы в минуты отчаяния и непонимания не вспомнить о выдающемся ораторе, который смог добиться всего самостоятельно? Почему не подумать, что бы он сделал на вашем месте? Вы знаете, как бы он поступил. Вы знаете, что он сделал. После того, как сенатор Дуглас победил его в гонке за сенатское кресло, Линкольн призвал своих сторонников «подниматься после одного или сотни поражений».

Похожие записи